luchecon (luchecon) wrote,
luchecon
luchecon

Categories:

Предприниматель знает красивое слово "институционализация", плохо понимая его смысл

Всегда удивлялся людям. которые любят говорить умные слова, не всегда четко понимая, что они значат.  В результате начинается путаница и разнобой.

Вот и владелец компании Serge Сергей Атрощенко заговорил красиво непонятно зачем. Давай ему либерализацию и институционализацию, без них жить никак нельзя. А то, видите ли, арендные платежи  в торговых центрах не снижают и это свидетельствует об отсутствии институционализации :).

Здесь явно прослеживается дружеские советы либерал-пропагандистов. В их понимании вся неоинституциональная методология сводится к  обслуживанию  потребностей неолибералов. Соответственно дается и трактовка терминов.
Между тем, под институционализацией обычно понимается процесс упорядочения и формализации социальных связей и предполагает определение и закрепление социальных норм, правил, статусов и ролей и приведение их в систему. То есть, уровень институционализации в белорусской институциональной матрице весьма высок, но это не та институционализация, которую подкинули бизнесмену.

И сомневаюсь, что все проблемы у "Serge" только из-за высоких арендных ставок.  Причина другая - свертывание спроса. А это уже намного более сложная проблема.



"Сергей Атрощенко  — владелец компании Serge о своей компании: Еще год назад в компании Serge работало более 700 человек, продукция успешно продавалась в 10 странах мира. Сегодня мы боремся за то, чтобы сохранить 100 рабочих мест.

Долгое время экономика Беларуси росла в основном за счет внутреннего спроса. Административные установки по повышению заработных плат, многочисленные госпрограммы увеличивали спрос, давая красивую картинку по росту ВВП. Параллельно с этим рос внешний долг страны и увеличивалась доля импорта на потребительском рынке.Денег в стране печатали столько, сколько хотели, а возникающие дисбалансы нивелировались девальвацией, которую порой называют налогом на всех и в первую очередь — на самых малообеспеченных.
В итоге валовый внешний долг по отношению к ВВП вырос с 16% на 1 января 2001 года до 62% на 1 октября 2015-го (Украина в 2014 году перед глобальным кризисом имела такой показатель на уровне 80%, сегодня — около 130%), что превысило верхний порог в 55%, установленный концепцией национальной безопасности Беларуси. Учитывая высокую зависимость от кредиторов, страна все больше попадает под так называемое «мягкое внешнее управление».

Опасения правительства Беларуси, что ситуация с внешним долгом может стать неуправляемой (так как в случае рыночной балансировки курс доллара сегодня был бы около 21—22 тыс. рублей и номинальный ВВП в долларах давал бы совсем другую картину по отношению к внешнему долгу), привели к так называемой жесткой денежно-кредитной политике. Временно она дает удовлетворительную картинку госфинансов, но при этом убивает реальный сектор экономики.

Разговоры о том, что сегодня валютный курс формируется на основании спроса и предложения, нужно оценивать с поправкой на то, что этот спрос в большинстве случаев регулирует государство, и мы видим сокращение инвестиций в основной капитал на 15%, в том числе по машинам и оборудованию — на 27%. Спрос на валюту мог быть усилен и со стороны Нацбанка, эффективных госпрограмм поддержки частного бизнеса и т. д.
Таким образом, видимый фасад некой стабильности накапливает новые дисбалансы (задержки выплат заработных плат, оплат энергоресурсов, рост просроченной дебиторской и кредиторской задолженности), развязкой по которым может стать очередная девальвация.

Сегодня идут споры о том, какая должна быть денежно-кредитная политика — жесткая или мягкая? В первую очередь она должна быть скоординированная. И если мы видим радикальные ухудшения позиций реального сектора (что может привести к дефициту бюджета, росту безработицы), нужны комплексные меры — снижение налоговой нагрузки, санации хронически убыточных предприятий, приватизация и т. д.

Экономика Беларуси — это классический образец переходной экономики: от директивно плановой — к современной социально ориентированной рыночной. Страны, которые успешно прошли этот путь, двигались совокупно по пяти магистральным направлениям: либерализация, институализация, независимый и сильный антимонопольный орган, макроэкономическая стабилизация и адресная социальная защита населения. Попытки двигаться лишь по отдельным элементам либо делать это декларативно, поверхностно, будут только усугублять положение дел, накапливать очередные проблемы.

Институализация подразумевает создание и действие сильных институтов развития, равновесия. Такие институты формируют «коридор» действия правительства, снижают коррупцию, улучшают благосостояние граждан. Конечно, все это надо делать с пониманием нашего собственного менталитета, исключая внешнее влияние.
Возвращаясь к началу статьи, суммируя сказанное, приведу пример положения в компании Serge. Удельный вес фонда оплаты труда в 2009 году составлял 23% к выручке, с 2010-го (когда началась административная накачка заработной платы) рос до 30—35%, оказывая сильное давление на прибыль (показатель чистой прибыли к выручке балансировал на уровне 1%, при том что стабильные мировые бренды имеют показатель 10% — отсюда и возможности инвестиций и т. д).

В 2015 году произошло общеотраслевое падение fashion-рынка в России и Беларуси (ключевых для нас стран по продажам). По среднеценовому сегменту, в котором работает Serge, падение рынка в России составило 45% в российских рублях (в долларах — около 65%). В бюджетном сегменте, в котором работает большинство предприятий белорусского легпрома, «проседание» не так ощутимо — 6—10%. Российский тренд падения начал существенно проявляться в Беларуси с августа 2015-го. Все это — внешние факторы, на которые предприятие влиять не может.
Важно, чтобы на фоне таких радикальных, беспрецедентных изменений предприятия контролировали издержки, что мы и делали. Себестоимость и управленческие расходы были снижены, а вот на арендные платежи, которые в Беларуси привязаны к валюте, мы никак повлиять не могли. Все это с цифрами и аргументами мы направили в правительство с предложением временно (!) установить арендные ставки для отечественных производителей на уровне не более 15% от выручки (исторически мы имели этот показатель на уровне 8—9%, а в сентябре 2015-го в ТЦ «Столица» 50% выручки ушло на аренду). Формирование арендных ставок на основе процента от выручки — общемировой тренд, и в РФ около 70% договоров аренды привязано к нему, то есть мы предлагали сделать так, как оно все равно будет. Это сохранило бы рабочие места. Нам отказали (пример отсутствия институализации). Закрытие только одного магазина в ТЦ «Столица» привело к сокращению 100 рабочих мест (20 продавцов и около 80 человек на производстве). Вместе с закрытием ряда других магазинов мы опустились ниже точки безубыточности, что привело к задолженности перед бюджетом, проблемам с обслуживанием долга. На сегодняшний день рынок переформатировался и вводить какие-то специальные меры для отечественных производителей уже поздно, заключать новые договора во многих торговых объектах с привязкой процента к обороту мы уже можем.

У каждого предприятия, конечно, своя история, но важно, чтобы в органах госуправления понимали всю взаимосвязь между принятием решений на макроуровне и судьбой трудовых коллективов".
ссылка
Tags: институционализм
Subscribe

promo luchecon april 1, 2014 14:26 2
Buy for 10 tokens
"Если первым не писать людям и не навязываться, то можно обнаружить, что, в принципе, никому ты и не нужен". Афоризм для промоутеров.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment