luchecon (luchecon) wrote,
luchecon
luchecon

Кастусь Калиновский не был белорусским революционером?

Польский шляхтич Винцент Константин Калиновский превратился в "белорусского революционера Кастуся Калиновского" в результате исторической фальсификации, предпринятой историками-националистами и поддержанной большевиками. Об этом заявил доцент кафедры гуманитарных дисциплин Белорусского государственного университета информатики и радиоэлектроники Александр Гронский в своём выступлении на конференции "Польский вопрос и судьбы Западной Руси в Российской империи", которая прошла 21 марта в Российском институте стратегических исследований, передаёт корреспондент ИА REGNUM.
По словам Гронского, первые признаки "белорусизации" польского восстания 1863г. появляются в 1916г. "Причём белорусизируется в первую очередь не само явление, а персонажи, в нём участвующие. Это проще, т.к. в целом о восстании до революции было написано не так мало, а вот про отдельных личностей - не очень", - сказал белорусский историк.
По его мнению, Калиновский является "удачным персонажем", так как он выступал против подчинения повстанческому центру в Варшаве - "нужно было всего лишь не озвучивать истинные причины конфликта провинциального комитета и центрального". "В 1916 г. белорусский националист Вацлав Ластовский делает из Константина Калиновского "Касцюка" и фальсифицирует изданные документы. Ластовский повторяет это в 1919г. Т.е. уже Ластовским заложен механизм белорусизации образа. Остальные белорусские националисты, если и пишут о Калиновском, называют его Констант (польская форма имени, которой действительно пользовался Калиновский) или Константин (как он представлялся во время допросов и проходил по русским документам)", - сообщил Гронский.
"В 1920г. Максим Гарецкий в "Гісторыі беларускай літаратуры" называет Калиновского "Кастусь". Это скорее не совсем точная передача имени, взятая у Ластовского. Т.е. Гарецкий помнил, что Ластовский назвал Калиновского как-то по-белорусски, но точно не смог вспомнить, поэтому появился Кастусь. Вряд ли это была белорусизация, т.к. Гарецкий достаточно чётко прописывает, что вся пропаганда, которую вели повстанцы на белорусском языке, была польской. У белорусского историка Всеволода Игнатовского в его "Кароткіх нарысах гісторыі Беларусі" (в трёх первых изданиях) никто из повстанцев вообще не упоминается, а восстание названо польским, так же указано, что крестьяне его не поддержали, т.к. видели в восстании только польско-помещичью активность", - отметил историк.
Однако, по его словам, в 1924г. тон меняется. "Всюду начинает появляться образ белорусского революционера Кастуся Калиновского. Ему посвящаются стихи и рассказы, заново пишутся биографии. Круто меняется наполнение "Кароткіх нарысаў гісторыі Беларусі" Игнатовского. От текста, посвящённого 1863г., который содержался в первых изданиях, ничего не остаётся. Восстание становится белорусско-крестьянским, направленным на борьбу как с польскими помещиками, так и с императорской властью. Калиновский представлен символом борьбы белорусского народа. Подчёркивается его террор как положительная сторона деятельности. Создаётся эталонная биография революционера. Причём не биография конкретного человека, а некий штамп, под который подгонялась жизнь исторических персонажей, назначенных быть национальными героями. Хотя первое восторженное повествование о Калиновском с именем Кастусь было написано в 1922 г. Иваном Цвикевичем",- отметил Гронский.
"Что же такое произошло между 1921 и 1924 гг., что вдруг изменило отношение к Калиновскому в частности и к восстанию вообще? - задался вопросом историк. - Образцом для массового подражания стала, видимо, пьеса Е. Мировича "Кастусь Калиновский". В спектакле есть два повстанческих лагеря - красные и белые. Оба лагеря представлены не такими уж и польскими, они больше белорусские. Т.е. в спектакле миф о белорусском восстании 1863г. уже вовсю действует. По спектаклю и повстанцы, и российская администрация называют Калиновского не иначе, как Кастусь. Спектакль был принят обществом благосклонно и даже оказал влияние на умы. В частности, скульптор Александр Груббе писал, что спектакль захватил его так, что он начал без всякого заказа работать сначала над скульптурным портретом Калиновского, а после над проектом памятника ему".
Таким образом, отметил Гронский, после 1923г. культура сформировала миф о белорусском герое. Этот миф поддерживала публицистика. Наука этот миф разделяла лишь частично, например, Игнатовский (в то время нарком просвещения БССР), но он был госфункционером. А вот историки без чиновных должностей относились к восстанию по-другому. "В частности, Агурский ещё в конце 20-х гг. выступал против белорусизации Калиновского. Александр Цвикевич (брат упомянутого выше Ивана) сомневался в собственно белорусской ориентации Калиновского, хотя допускал её, но всё же более склонялся к тому, что Калиновский был поляком-белорусофилом. Довнар-Запольский в своей неизданной при жизни "Истории Белоруссии" очень положительно оценивал деятельность виленского генерал-губернатора Муравьёва, а про Калиновского не говорил. Можно сказать, что к середине 20-х годов наука не воспринимала польское восстание как нечто белорусское. Белорусская наука стала следовать мифу лишь со второй половины 20-х гг., да и то постепенно", - подчеркнул историк.
"Почему именно в то время поляк Калиновский стал белорусом? Уж слишком удобным персонажем он оказался для периода формирования мифа об Октябрьской революции. Во-первых, Калиновский боролся против российской власти, так называемого царизма. Революционеры также боролись с этим же самым царизмом. Во-вторых, Калиновский боролся за крестьян, которых, если надо, можно было широко назвать трудящимися (в художественной литературе такие утверждения встречались), т.е. Калиновский боролся за трудящихся. За них же боролись и революционеры. В-третьих, Калиновский был сторонником террора, что также соответствовало эталонному образу революционера-большевика. В-четвёртых, Калиновский был в восстании представителем лагеря "красных", а его оппонентами был лагерь "белых". Это очень серьёзно ассоциировалось с гражданской войной и борьбой красных с белыми", - заявил Гронский.
"То есть, образ Калиновского был мифологизирован с таким расчётом, чтобы он ассоциировался с революционерами-большевиками. Также Калиновского начали использовать как символ в риторике о воссоединении Западной Белоруссии в БССР. Миф о Калиновском закрепился в белорусской науке, культуре и публицистике. Люди, эксплуатирующие белорусский образ Калиновского в настоящее время активно защищают свой миф, потому что при крушении мифа о Калиновском-белорусе может возникнуть сомнение и в других националистических мифах", - подвёл итог Александр Гронский.
Напомним, в 1863г. в Российской империи вспыхнуло польское шляхетское восстание, целью которого было восстановление Речи Посполитой в границах 1772 года. т.е. включая земли современных Белоруссии, Украины и Литвы. На территории Северо-Западного края империи (современная Белоруссия и Литва) в финале восстания повстанческими отрядами руководил польский шляхтич Викентий (Винцент) Калиновский. Современные белорусские националисты считают Калиновского белорусом, а восстание - белорусским.
ссылка
Tags: история
Subscribe

promo luchecon april 1, 2014 14:26 2
Buy for 10 tokens
"Если первым не писать людям и не навязываться, то можно обнаружить, что, в принципе, никому ты и не нужен". Афоризм для промоутеров.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments